Как цифровые кочевники обходят правила, чтобы работать в райских условиях 

Как цифровые кочевники обходят правила, чтобы работать в райских условиях
Фото: RB.ru
Говорят, если в Чангу подбросить флешку, то она обязательно упадет на цифрового кочевника — так называют людей, живущих в экзотических странах и работающих удаленно. В этом тропическом раю приезжие с Запада оккупировали со своими ноутбуками все кафе и коворкинги в радиусе трех километров. Возможно, по сравнению с пятью миллионами человек, ежегодно посещающих Бали, их не так много, но только не в Чангу. Это программисты, предприниматели, маркетологи, мошенники и, конечно же, писатели вроде меня. Если работу можно выполнить через интернет, то кто-то решает заняться ей именно здесь.
Чангу, прибрежная деревушка на индонезийском острове Бали, сейчас занимает первое место на Nomad List — сайте, который оценивает места по всему миру по их удобству для удаленной работы. Это неудивительно, ведь цены здесь низкие, а качество жизни — и, самое главное, скорость интернета — высокие. Приблизительно за $1500 в месяц вы можете жить в отдельной комнате на вилле с бассейном, ездить на скутере, ежедневно заниматься серфингом и питаться исключительно вне дома.
Однако этот рай в Индонезии недоступен для одной значимой группы людей — индонезийцев. По состоянию на 2017 год Индонезия занимала шестое место в мире по неравенству доходов. В отчете Oxfam за 2017 год говорится, что 1% населения страны контролирует 49% богатства. Между тем, 8% населения живет в крайней бедности (менее $1,9 в день), 36% — в умеренной бедности (менее $3,10 в день). В целом экономика страны развивается, но происходит это неравномерно.
Фото: Unsplash
Гонан Насутион, главный менеджер отеля Taman Nauli Boutique Rooms, вырос в Чангу. Он видел, как регион превратился из края рисовых полей в процветающее туристическое направление.
«Сначала приехали серферы, затем — йоги. А после йогов появились любители фитнеса», — рассказывает Насутион.
Теперь это цифровые кочевники, которых Чангу привлекает своей аутентичной атмосферой и финансовой доступностью. Приблизительно с 2012 года здесь начали ежемесячно открываться новые отели, кафе, рестораны, бары, магазины и пляжные клубы. Бывшие фермеры теперь сдают свои земли в аренду предприятиям, подавляющее большинство которых принадлежит либо богатым индонезийцам (многие из Джакарты, столицы страны, расположенной примерно в 600 милях отсюда), либо иностранным инвесторам. Участки рисовых полей стоят сотни тысяч долларов. Строительство набирает обороты. Власти явно довольны сложившейся ситуацией, а вот работники — те, чьими услугами пользуются цифровые кочевники, — вряд ли.
«Первые четыре месяца я думал: какого черта я здесь делаю?»
В Индонезии нет единой минимальной заработной платы. Каждый район устанавливает ее самостоятельно, основываясь на своем относительном ВВП. В целом на Бали это 2,3 млн индонезийских рупий (IDR) в месяц, хотя в Чангу ближе к 2,5 млн IDR. Это меньше, чем $180 в месяц по сегодняшнему курсу. Как утверждает Насутион, работники кофеен и коворкингов, получающие минимальную зарплату, «живут на грани». Им хватает на комнату и на еду, но больше особо ни на что. Они живут от месяца к месяцу, от зарплаты до зарплаты. По его словам, большинство из них работает всю жизнь.
Гостиничная индустрия Бали привлекает работников со всей Индонезии — привлекла она и Харена Тамби, комьюнити-менеджера в Dojo, крупнейшем коворкинге и точке притяжения всех цифровых кочевников в Чангу. Число клиентов постоянно меняется, но услугами Dojo каждый месяц стабильно пользуются от 200 до 400 человек. Самый дешевый тариф стоит 800 тысяч IDR ($55) — по нему в коворкинге можно проводить 30 часов в месяц, а безлимитный тариф на месяц обойдется в 2,9 млн IDR ($205). Тамби приехал на Бали около двух с половиной лет назад с Суматры после получения степени бакалавра в сфере бухгалтерского учета. Какое-то время он работал на стойке регистрации в Dojo, получая немного больше минимальной зарплаты.
«Первые четыре месяца я думал: какого черта я здесь делаю? Я только что закончил бакалавриат, а теперь я вытираю пол и убираю чертовы туалеты. Вот значит, что я получаю после колледжа?», — вспоминает Тамби.
Несмотря на трудное начало, он отзывается о , австралийском владельце Dojo, и о его отношении к 43 индонезийским сотрудникам только положительно: «Это действительно хороший начальник». Dojo платит сверх минимальной зарплаты и предлагает персоналу большую скидку в кафе, а также помогает им осваивать новые навыки, например, программирование. Спустя шесть месяцев после начала работы Тамби назначили координатором мероприятий. Еще через шесть месяцев его повысили до нынешней должности комьюнити-менеджера. Сейчас жизнь Тамби стала гораздо комфортнее, хотя он все еще не может позволить себе привычки, которые есть у его западных друзей.
«Я не могу ходить в рестораны каждый день, иначе лишусь всех денег через 10-15 дней», — поясняет он.
Работающий в Dojo писатель (он попросил не называть его имя, чтобы избежать проблем с визой) говорит, что живет на Бали почти три с половиной года. Он приехал сюда на полгода и просто решил остаться. Несмотря на долгое пребывание на острове, он все еще продолжает получать двухмесячные туристические визы, хотя иногда берет шестимесячную социальную или деловую визу. Для получения нового документа нужно лишь на день покинуть страну после истечения срока действия предыдущей визы — путешественникам здесь не задают много вопросов. Будучи на Бали «туристом», этот писатель не платит подоходный налог: официально он проживает в Канаде и декларирует доходы там.
Фото: Unsplash
Другие цифровые кочевники, с которыми я общался, находятся в аналогичных ситуациях: они работают в Бали по туристическим визам, по мере необходимости выезжают в соседние страны и сдают налоговые декларации у себя на родине. Ни у кого не было KITAS, официального индонезийского разрешения на работу для иностранцев.
«Это просто нечестно по отношению к местным жителям. Нам так трудно получить визу для путешествий, а им так легко приехать сюда»
В то время как цифровые кочевники не платят налоги индонезийскому правительству, Насутион и Тамби подчеркивают, что вносят вклад в экономику страны, пользуясь услугами всех новых видов бизнеса. Для сравнения: местные жители могут потратить на еду 20 тысяч рупий ($1,4), а цифровые кочевники — от 100 до 200 тысяч рупий ($7-14). Конечно, львиная доля этих денег идет владельцам бизнеса, но какая-то часть достается официантам, поварам и уборщикам. Может, в Чангу они и не заработают много денег, но все же получат больше, чем сидя в своих деревнях без работы.
Без цифровых кочевников и еще пяти миллионов туристов, которые ежегодно приезжают на Бали, многим индонезийцам было бы значительно хуже. Развитие бизнеса на острове выгодно как фрилансерам, ищущим дешевую и комфортную страну для работы, так и местным жителям, ищущим выход из бедности. Однако легкость, с которой иностранцы могут жить на Бали, по понятным причинам раздражает некоторых местных жителей.
«Цифровые кочевники пользуются туристическими визами, им просто нужно выезжать из страны раз в один-два месяца. Это нечестно по отношению к местным жителям. Нам так трудно получить визу для путешествий, а им так легко приехать сюда», — говорит Насутион.
«Индонезийцам трудно ехать в США. Это действительно очень сложно. У некоторых из моих друзей есть семья, но им все еще отказывают. Они пытаются снова, и их снова отвергают», — соглашается с ним Тамби.
Все сходятся во мнении, что эту ситуацию необходимо изменить.
«Это несправедливо по отношению к нам, людям, которые работают. Мы платим налоги», — продолжает Насутион. Он считает, что для цифровых кочевников необходимо ввести более дорогую визу с проверкой данных, а также создать специальные налоги.
Ни один из цифровых кочевников, с которыми я разговаривал, не был против идеи больше вкладываться в экономику Бали, а некоторые говорили, что это неизбежно.
«Мы начинаем совершенно новый путь. Это движение еще очень молодо, но в будущем многие люди будут работать на своих компьютерах по всему миру», — добавил мой собеседник-писатель, ранее поделившийся секретами обхода визовых правил.
Частично проблема заключается в том, что индонезийскому правительству еще предстоит решить более серьезные проблемы. Это четвертая в мире страна по плотности населения, переживающая стремительное экономическое и социальное развитие. Сейчас цифровые кочевники находятся в «серой» зоне, проскальзывая сквозь трещины сломанной системы, не рассчитанной на людей, которые могут работать в любом месте.
Источник.
Материалы по теме:
Я хочу стать цифровым кочевником. С чего начать?
11 полезных ресурсов для цифровых кочевников
10 лучших городов для «цифровых кочевников»: рейтинг
VR-конференции и начальник-ИИ: как изменится удаленка в будущем
Видео дня. Самые грязные вещи в гостиничных номерах
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео