Новости путешествий
Отдых в России
Личный опыт
Заграница
Лайфхаки
Путеводители

Что мешает развитию въездного туризма на Сахалине

О развитии въездного туризма сейчас говорят много, очень много. Часто в результате таких разговоров приходят к выводу, что надо создавать какие-то особые управленческие структуры. И создают. На мой взгляд, бесполезный шаг.

Я занимаюсь бизнесом в этой сфере с давних пор. Так что опыт у меня большой. Кое-какими мыслями хочу поделиться.

Видео дня

Кроме прочего, наша компания арендует землю в Горячих Ключах - это местность с целебными Дагинскими источниками на севере Сахалина в Ногликском районе. Создаем там хорошую туристическую базу, надеемся, что проект будет успешным. Но большая часть моего времени и сил уходит не на стройку, не на развитие, а на борьбу с ветряными мельницами. Я - невольный нарушитель различных правил и постановлений. Например, заявление на продление разрешения на строительство я подал за три месяца до окончания срока действия. Оказалось - нужно за полгода. Я не знаю всех тонкостей законодательства, более того, их не знают и чиновники в профильных министерствах. Но почему нашлось множество структур, увидевших уже допущенные недочеты, и ни одной, которая могла бы предупредить о них заранее?

Я не только нарушитель, я еще и постоянно должен. Как только начинаешь что-то делать, рядом сразу возникают контролирующие органы. Оказываешься должен пожарным, миграционным службам, энергетикам, силовикам…

Вот говорящий пример. Я пришел на территорию со своими деньгами. Получил землю - свободную, на нее никто не претендовал. Построил всю инфраструктуру, выкопал пруд, возвожу часовню в честь Матронушки. Местность в 30 километрах от Ноглик, там вообще не было никаких коммуникаций. Это вам не в городе пару метров сетей протянуть… А сейчас кадастровая стоимость земли, на которой я работаю, которую полностью облагородил и обеспечил инфраструктурой, увеличилась. И мои платежи, соответственно, увеличились. В 8,5 раза. Вдумайтесь - не на 30 процентов, в 8,5 раза! "А что вы возмущаетесь? - сказали мне. - На этой земле сейчас проложены все коммуникации. Есть свет, вода, канализация. Совсем другой участок стал. Поэтому и подорожал. Что непонятного?"

История эта с хорошим продолжением. На мое счастье, подключился сахалинский бизнес-омбудсмен . И с его помощью удалось справиться с анекдотической ситуацией, обсудив ее на губернаторском совете с главой области. То есть чиновники на местах расписались в беспомощности, понадобилось выходить на уровень областной власти. А зачем тогда эти самые чиновники нужны, если они не могут решать проблемы?

Я построил на арендованной земле всю инфраструктуру. И кадастровая стоимость участка увеличилась. Территория ведь теперь другая — облагороженная! А значит, и мои платежи выросли. В 8,5 раза

Администрация района вспоминает обо мне, когда ей нужна помощь. Я по мере возможностей участвую в жизни территории. Но когда что-то нужно мне, например, даже просто консультация, я не могу получить это.

Иногда, впрочем, власти что-то делают для развития тур­отрасли. Вот провели реконструкцию горячих источников. В бюджете выделили на это деньги. Хорошо? Хорошо. Правда, сделали это так, что Даги теперь приходят в негодность - вода в ваннах стала терять температуру. Бизнесу объект не передают, а у муниципалитета ресурсов на его содержание нет.

Я знаю, как надо работать, недаром когда-то решился на этот отчаянный шаг - заняться въездным туризмом на Сахалине. Все мои проекты успешны. Что такое турбизнес? Это постоянная работа, поток, система. Такая же система должна быть со стороны чиновников. Между тем в нашем профильном министерстве люди сменяются очень часто. Они не заинтересованы в развитии отрасли. Им не надо думать о пополнении бюджета. Зачем? Есть нефть и рыба. И нет мотивации развивать что-то еще.

Чиновник в министерстве туризма существует независимо от меня. Он получит зарплату и премию, которая не привязана к успеху моего проекта. И более того, он будет стараться делать как можно меньше, чтобы избежать ошибок. Ведь тот, кто ничего не делает, никогда не ошибается.

На мой взгляд, изменить ситуацию поможет институт кураторов. В региональном правительстве должны быть специальные люди, знающие проблемы игроков туристического рынка, находящиеся на одной волне с ними. Эти сотрудники станут в том числе помогать составлять бумаги, напоминать, что вот тогда-то заканчивается срок действия разрешения… И зарплаты этих кураторов будут зависеть от того, насколько успешно я и коллеги развиваем туризм. Законы меняются ежесекундно, но я ведь не могу сам следить за этим потоком. И становлюсь нарушителем. Почему же чиновники не помогают мне?

Еще один важный момент: отношение к бизнесу. Я пришел как инвестор. Но, видимо, слишком мелкий инвестор. Мой проект не входит в число приоритетных. Мне не полагается снижение налоговых ставок, преференции. Да, я не газовый магнат (хотя требования ко мне именно, как к магнату), не могу вложить сразу миллионы. Но туризм - это длинные деньги, это ж не "купи-продай"! Окупаемость иногда наступает через 20-30 лет. Я убежден, что надо снизить порог входа на "льготную" площадку.

Почему в Китае легко начинать бизнес, в Таиланде легко, а у нас сложно? У нас должно быть лучше и быстрее! Вспоминаю, как хотел построить несколько туристических баз на севере Таиланда. Глава местности принял меня без проволочек. Тут же предложил варианты земельных участков, образцы проектной документации. Система отработана, поэтому все решилось в течение получаса.

У нас же аналогичный проект - это хождение по мукам. 36 подписей нужно, чтобы получить землю, 28 - чтобы начать строительство. Причем структуры, в которых надо собирать "автографы", находятся в разных районах области. Если б мы строили так во время Великой Отечественной войны, мы б ни одного танка не выпустили.

Молодежь не идет сегодня в бизнес - я имею в виду настоящий, созидающий бизнес. Мои дети не хотят быть предпринимателями. Они насмотрелись на мой пример.

Я слышу много слов и призывов поддержать развитие туризма. Но дело в другом! Надо находить заинтересованных людей, которые могут и хотят что-то делать. И начинать поддерживать именно их. Пока есть кого поддерживать.