Новости путешествий
Отдых в России
Личный опыт
Заграница
Лайфхаки
Путеводители

Приехать и полюбить навсегда. Почему для местных жителей Соловки — особенное место

О Соловках коротко можно сказать так: обычный поселок в необычном месте. И конечно, с необычной историей. Много паломников, которые хотят быть поближе к монастырю. Все для жизни там есть: школа, больница, магазины. Однако вне туристического сезона людей становится заметно меньше: многие разьезжаются по городам — в основном в Архангельск, до которого отсюда 260 км.

Почему для местных жителей Соловки — особенное место
Фото: ТАССТАСС

"На Соловках — как в космосе"

Видео дня

Туристов летом на Соловках много. Как говорят гиды, в среднем приезжают на неделю. Для быстрого ознакомления с архипелагом этого достаточно. Кто-то каждый год проводит здесь все лето. Но есть и те, кто однажды решил остаться на Соловках на всю жизнь.

Яхта "Моряна" пришвартована у небольшого деревянного причала недалеко от частного дома. Морская архитектура для романтиков.

, хозяин яхты, перед тем как подняться на борт, снимает обувь. Бережет.

— Первую лодку сшил, походил на ней под парусом пять лет — решил: маленькая. Потом сделал побольше — опять показалось, что небольшая. Еще больше сделал — 11 м. Походил — маловата! Сделал "Моряну" — 14 м длиной, 3,8 м шириной.

Когда Василий начинал, у него не было ни хорошего инструмента, ни материала. Несколько тысяч шурупов пришлось вкручивать вручную.

Самоучка: читал книги, смотрел, как построены другие яхты. Но сделал все по-своему — второй такой яхты нет.

— Лодку делать интересно. Пришел в лес, выбрал нужные деревья, спилил, распустил на доски — ничего не было, и начинает появляться лодка.

Все своими руками, за исключением двигателя и кое-каких мелочей. Паруса самодельные, — рассказывает Василий. — Ткань не парусная, а для пошива спецодежды. Проверил — не продувается. По два часа в день шил — парус был готов через неделю. Шесть лет под ним хожу. Все паруса заказывать дорого — у меня такой тут гардеробчик!

Первый раз на Соловки мужчина попал больше 40 лет назад. После армии Василий женился, Марина была родом из поселка Сумский Посад, это в нескольких километрах от Онежской губы — залива Белого моря.

А самый крупный архипелаг залива — Соловецкие острова.

— Пришел один раз — и все! Тянет, а что тянет? Не знаю. Я переехал и стал строить парусные лодки, — вспоминает Василий. — 40 лет парушу — по морю хожу.

Все лето, а иногда с конца весны и до начала осени, Василий живет на воде.

Путешествует — признается, что без водных просторов не может, и возит туристов.

— На Соловках как в космосе. Тихо. Здесь особенное место. Вот как для белух мыс Белужий — особенный. Больше нигде на Белом море такого нет. Людей сюда тянет, не только меня. Многие один раз приехали — и все. Ездят каждый год, — говорит Василий.

Обеденник, горняк, полуношник — много названий ветра у поморов, но Василий выбрал — моряна. Сильный северный ветер.

— Прихожу на Соловки весной, и сразу моряна! Друзья шутят, что это я приношу: "Можно не смотреть — Василий пришел!" Сын тоже выбрал море, обошел почти весь мир.

Сам Василий мечтает сходить на Новую Землю (одно из самых трудноступных мест России и мира). Он делал уже несколько попыток, но не получилось. Много путешествует по домашнему — Белому — морю. Как-то подошел на яхте к деревне Чаваньга на Кольском. Был отлив, и приблизиться к берегу не смог, зашел в реку, встал на якорь.

— Смотрю, ребятня к нам на лодке гребет. Один такой потешный мальчишка: "Вы откуда?" Мы рассказали. Спрашиваю: "Ребята, что вода делает?" — "Прибуёт!" Мы говорим "падает", "прибывает", а тут "прибуёт" и "убуёт". Почти в каждой деревне у моря свой говор и словечки.

Например, куйпога — малая вода, а кечкора — оголившийся песчаный или глинистый ровный участок берега на отливе.

— Несколько дней у причала, и все — затухаешь. Встряска нужна, движение, — рассказывает моряк, — Гораздо экономнее иметь катер, но яхта дает совсем другие ощущения. Осенью стоишь у какого-нибудь необитаемого острова. Темно, и тишина звенит. На звезды смотришь и понимаешь, что ты букашка. И все человеки временные. А море дает ощущение бесконечности. Когда в открытом море — горизонт, небо и больше ничего.

Коты и мастера

В небольшой уютной сувенирной лавочке за кафе "Пинагор", в стороне от основных туристических троп, работают Валентина и Михаил Музыкины. Мастера.

— На вступительных экзаменах в институт я познакомился со своей будущей женой Валентиной. Оказалось, что она с Соловков. Стал приезжать к ней в гости. Мы поженились и с тех пор вместе уже 27 лет.

И Михаил, и Валентина были журналистами. А потом вместе решили сменить профессию, попробовали делать сувениры.

— Сейчас мы сами по себе. Начальника над нами нет. Плюс наша работа сейчас связана с Соловками, моей родиной. Мои бабушка и дедушка приехали сюда в 1939 году. После войны родилась моя мама, в семье было еще пятеро сестер, — рассказывает Валентина. — Мы с Мишей живем на два места: зимой в Архангельске, в сезон здесь.

Несмотря на свободный график, работы у мастеров много. Нужно постоянно пополнять ассортимент, искать новых интересных авторов.

— Часто обсуждаем, смогли бы мы жить здесь зимой. Скорее всего — нет. Остров — это замкнутое пространство. Не все могут это выдержать. А вот моих родителей отсюда не увезешь. Мама много лет работала в школе, папа был начальником маячной службы. Тут вся их жизнь. И молодежи сейчас много остается, и переезжают сюда, — продолжает Валентина. — Но если тут жить постоянно, нужно либо стремиться к духовной жизни, и монастырь способствует этому, либо быть занятым каким-то своим любимым делом.

Сувенирное дело началось для Валентины с росписи обычных камней с берега моря.

— Это мое увлечение еще со школы. Я рисовала на камешках наш монастырь и просто дарила их. В конце 90-х нам было материально трудно, к тому же тогда мы ждали первую дочь. И я предложила нашему наместнику, отцу Иосифу, купить у меня несколько камней, чтобы суметь улететь на самолете в Архангельск. Он откликнулся на мое предложение, а потом монастырь стал заказывать мне эти сувениры. Потом мы приняли участие в Соловецкой ярмарке. И поняли, что нам это нравится. Твое творчество приносит не только радость, но и доход. Стали придумывать другие сувениры. Занялись изделиями из кожи, и теперь это наше основное направление.

С 2014 по 2018 год был всплеск туризма — приезжали из Москвы и Петербурга, иностранцы. Потом, особенно в 2020–2021 годах, по известным причинам их стало значительно меньше. Мастера рассказывают, что туристов в этом году больше, чем в прошлом. Растет и количество постоянных покупателей, которые, влюбившись в Соловки, едут сюда снова и снова и с удовольствием заходят в магазинчик.

С конкурентами Музыкины дружат. Говорят, что с другими соловецкими сувенирщиками они скорее коллеги. Но расслабляться все равно некогда.

— Есть мода на определенные сувениры: были популярными то тарелки, то колокольчики, то магниты. Последние стали покупать хуже, народ пресытился, но мы предлагаем оригинальные варианты: на спиле можжевельника, на камне, на морских деревяшках. Расписываю сама, — рассказывает Валентина. — Коллекционеры тоже покупают сувениры: кто-то котов любит, кто-то лис, кто-то сов. А еще мы никогда не закупаем большие партии товара и не берем кредиты. И вообще большая часть сувениров сделана нашими руками. Либо нашими друзьями, которые дают нам их под реализацию. За сезон почти все распродаем.

К кошкам у Музыкиных особое отношение, в семье их три. Поэтому появились они и на открытках, которые рисует Валентина. Узнаваемые, пушистые и добродушные. Здесь же, в магазине, открытку можно подписать и бросить в ящик. Ее обязательно отправят.

— Местных мастеров на Соловках мало, но вообще любителей рукодельничать становится все больше. Это приятно. Мы работаем с авторами из Вологды, Архангельска, Плесецкого района, из Мурманской области, — говорит Валентина. — Беда многих, особенно начинающих мастеров, что они стесняются продавать свои вещи и у них нет рынка для сбыта. Получается, мы кому-то в этом помогаем. А еще — не все покупатели могут себе позволить вещи ручной работы, потому что они дешевыми быть не могут.

"Соловки, папе Валере"

— Когда я сюда приехал, я привык жить в определенном ритме, быстром, городском. Договариваешься здесь с людьми: "Когда сделаем?" — "Завтра". Завтра ничего не делается. Со временем я понял, что "завтра" означает "через неделю". Не торопясь, но все будет сделано. Жизнь здесь степенная, — рассказывает Валерий Кравников.

Приезжать на Соловки Валерий начал с 1975 года, сначала туристом — на Соловки ходили круизные теплоходы. Какое-то время жил в Германии, а когда вернулся, ему предложили поехать на Соловки начальником строительства. Жить приходилось и в строительном вагончике, и даже в келье.

— У меня прописка была: "Соловки, Кремль". У нас был глава поселкового совета Геннадий Джавадов, он постоянно писал письма . Письма выглядели так. Адрес доставки: "Москва, Кремль, Горбачеву". Отправитель: "Соловки, Кремль, Джавадову". И все доходило. Сын мне как-то написал письмо в первом классе. И отправил по адресу: "Соловки, папе Валере". Письмо я получил.

Валерий считает, что на архипелаге каждый находит свое. Признается, что пытался оторваться от Соловков, в 1998 году уехал работать в Архангельск. Но жена и дети уезжать наотрез отказались.

— Я до сих пор себя считаю приезжим, какой я соловчанин? Подумаешь, 30 лет здесь прожил. Одному сыну было семь лет, другому — год, когда мы переехали. Младший себя соловчанином считает.

Когда Валерий вышел на пенсию, решил заняться туристическим бизнесом. У него не было сомнений, что именно на Соловках надо строить гостиницу.

— У нас с партнерами две гостиницы на Соловках. За сезон мы принимаем по 8 тыс. гостей. Места бронируют примерно за год. Одну из них мы только начали строить — а все 20 мест уже были выкуплены на все лето. До конца сезона у нас все забронировано.

Обычно туристы живут на Соловках от одного (те, кто путешествует на круизных судах) до пяти дней (организованные группы). Бывает, что зимой приезжают надолго. Например, писатели, чтобы никто не отвлекал от работы. Вне сезона туристов практически нет. Исключение — Новый год.

— За эти 30 лет здесь гостило столько интересных людей. У нас останавливался фотограф National Geographic, у него было задание снимать закаты по всему миру. И он сказал, что два самых красивых места, где он снимал закаты, — пустыня Сахара и Соловки, — вспоминает Валерий.

По наблюдениям Валерия, если человек приехал на Соловки второй раз, то он приедет и третий, и четвертый — "осоловеет". Заболеет Соловками.

До мыса Белужий идти сложно, через лес, частично по воде, мимо птичьего базара с крикливыми крачками. Но все идут. Часами смотрят, как в зеленоватой воде под теплыми лучами солнца играют белые киты холодного моря.

Ведь нашли же они что-то в этом месте.